
Глава республики сделал важное заявление во время прямой линии, объяснив, почему цены на бензин не могут быть низкими, а заправки — работать как часы
В Донецкой Народной Республике на данный момент отсутствует дефицит топлива как таковой. Об этом 17 ноября во время прямой линии заявил Глава ДНР Денис Пушилин. Однако его выступление стало не столько успокаивающим, сколько объясняющим: за сухими формулировками о «правильной тенденции» скрывается ежедневная борьба логистов с ударами беспилотников и необходимость балансировать между доступностью бензина для людей и выживанием поставщиков.
Главное: дефицита нет, но расслабляться рано
Пушилин был предельно конкретен: «Сейчас ситуация продолжает правильную тенденцию — снижается [дефицит] топлива. Не такими быстрыми темпами, как хотелось бы, но здесь все зависит от возможности доставки топлива. Мы действительно снизили все дефициты, дефицита никакого нет» . Эти слова должны были стать сигналом для жителей республики: очередей на заправках и пустых колонок в глобальном смысле больше нет.
Однако в том же выступлении прозвучала и вторая, куда более тревожная часть. По словам Главы региона, из-за атак ВСУ и повреждения автомобилей у поставщиков топлива возникают дополнительные издержки. Власти, в свою очередь, контролируют цены, чтобы не допустить искусственного завышения, и стараются сбалансировать стоимость топлива по всем муниципалитетам . Фактически это означает, что рынок работает в ручном режиме: государство сдерживает ценник, но не может отменить физику и военные риски.
Цена логистики: почему бензовозы — «в центре внимания противника»
Ситуация с топливом в ДНР уже давно перестала быть сугубо экономической. Ещё в конце сентября Пушилин объяснял логику ценообразования предельно откровенно: «Запретительными мерами мы, конечно, можем всю эту историю с ценами, какую-то её часть, снизить на время. Но потом просто заправки позакроются, потому что будет невозможно доставлять, чтобы компенсировать ту расходную часть дополнительную, которая появилась, исходя из того, что дороги находятся под обстрелами. И как раз бензовозы в центре внимания противника» .
Эта фраза — ключ к пониманию всей топливной политики республики. Каждый литр бензина, доехавший до заправки в Макеевке или Мариуполе, — это риск для водителя бензовоза и финансовые потери для компании, если машина будет повреждена. В таких условиях искусственное сдерживание цен ниже себестоимости привело бы не к изобилию, а к исчезновению заправок как таковых.
Что происходит с ценами сейчас
Несмотря на сложности, на заправках республики в последние дни наблюдается относительная стабильность. По данным на середину ноября, после недавнего снижения цены на топливо остаются неизменными: АИ-95 продаётся в диапазоне от 119,5 до 123 рублей за литр, АИ-92 — от 109,5 до 113 рублей, дизтопливо — от 99 до 104,5 рублей . Для сравнения: ещё в конце сентября на заправках «Республиканской топливной компании» (РТК) АИ-95 стоил 135 рублей, а дизель — 140 рублей за литр .
Определённую роль в стабилизации сыграли и административные меры. Минуглеэнерго ДНР ещё в начале ноября заключило соглашение с одной из крупнейших частных сетей АЗС об установлении предельной наценки на топливо в пределах 15%. Это уже дало конкретный результат: стоимость бензина снизилась на 3–5 рублей за литр, а дизельного топлива — до 15 рублей . Однако, как подчёркивают в ведомстве, конечная цена по-прежнему зависит от себестоимости и расходов на доставку, которые в условиях обстрелов остаются непредсказуемыми.
Глава региона не обещает, что завтра бензин подешевеет до довоенных значений или что на всех заправках исчезнут очереди. Он говорит другое: топливо есть, но логистика остаётся уязвимой, и любые резкие движения в сторону административного снижения цен приведут к коллапсу снабжения.
Для автомобилистов это означает необходимость привыкать к мысли, что цена на заправке в ДНР — это не только стоимость нефти на бирже, но и стоимость риска. Для властей — продолжать искать баланс между социальной справедливостью и экономической выживаемостью поставщиков. А для тех, кто следит за ситуацией извне, — понимать, что «дефицит» и «сложности с доставкой» в прифронтовом регионе это не синонимы, а два разных вызова, справиться с которыми одновременно крайне сложно.
Пока же ситуация выглядит так: дефицита нет, цены замерли, но расслабляться никто не собирается. Слишком многое в этой логистике зависит от того, что произойдёт на дороге между распределительным центром и следующей заправкой.
