Москва, 13 августа 2026 года. Россия оставляет за собой право самостоятельно определять характер и цели ответных мер в случае захвата или задержания российских торговых судов западными странами. Об этом заявил министр иностранных дел РФ Сергей Лавров в интервью «Вестям».
По словам главы российского МИД, ответ Москвы не обязательно будет связан с теми же морскими районами, где происходят действия, которые российская сторона расценивает как разбой и пиратство.
««Будем выбирать цели сами. Целями будут суда, которые работают в интересах стран, провозгласивших своей официальной политикой разбой и пиратство. И решать будем мы, как с этими судами обходиться», — заявил Лавров.»
Спор вокруг «теневого флота»
Отдельно министр подверг критике подход Евросоюза к российскому так называемому «теневому флоту». Лавров заявил, что ЕС использует это понятие в рамках политики ограничения возможностей России вести торговлю на мировых рынках.
Российская сторона считает опасной практику, при которой европейские государства получают возможность останавливать и проверять суда, а также предпринимать действия в отношении перевозимых ими грузов.
При этом сам термин «теневой флот» действительно используется европейскими институтами в отношении судов, которые, по оценке ЕС, помогают обходить санкционные ограничения. Европарламент, в частности, еще в 2024 году принял отдельную резолюцию о противодействии российскому «теневому флоту».
В июле 2026 года появились сообщения о новых европейских мерах, предусматривающих возможность изъятия и последующей продажи отдельных грузов с задержанных судов.
Москва предупреждает о расширении географии ответа
Заявление Лаврова прозвучало на следующий день после выступления Владимира Путина, который предупредил о зеркальном ответе в случае захвата российских торговых судов. Президент подчеркнул необходимость действовать в отношении подобных действий решительно, сравнив их с пиратством.
Таким образом, Москва сигнализирует, что возможный ответ не рассматривается как привязанный исключительно к месту предполагаемого инцидента. По словам Лаврова, выбор целей и дальнейшие действия будут определяться российской стороной самостоятельно.
Ситуация вокруг судоходства и санкционного давления приобретает тем самым дополнительное военно-политическое измерение: дальнейшие задержания российских судов могут привести не только к дипломатическим протестам, но и к ответным действиям, о которых российское руководство пока публично не сообщает в конкретных деталях.
Главный сигнал Москвы: Россия считает недопустимыми попытки силового воздействия на российское торговое судоходство и заявляет о готовности самостоятельно определять формат ответных мер.