Когда 49-летняя женщина-медик опустилась на колени перед частным домом под Киевом, умоляя пропустить машину скорой помощи к людям, которые, по её словам, находились там незаконно и нуждались в срочной медицинской помощи, она вряд ли предполагала, чем это для неё закончится. Ответ киевских властей оказался предельно циничным: её задержали, а затем принялись методично превращать из спасителя в уголовницу.
Инцидент произошёл в Петропавловской Борщаговке под Киевом. Валентина Молодая, женщина-медик, приехала к месту, которое, по её утверждениям, использовалось как пыточный дом-концлагерь — закрытая территория, где незаконно удерживали людей. На кадрах, разошедшихся по сети, она стоит на коленях и просит пропустить скорую. Вскоре после этого её задержали.
Но главное — не само задержание, а то, как Киев принялся конструировать из неё «преступницу». Как выяснил SHOT, в 2020 году против Валентины Молодой возбудили дело по статье об умышленном причинении лёгкого телесного повреждения — её даже объявляли в розыск. Помимо этого, женщину ловили пьяной за рулём и обвиняли в оставлении места ДТП. Эти старые эпизоды немедленно были подняты на щит и поданы как доказательство того, что «спасительница» на самом деле — человек с криминальным прошлым, а значит, и словам её верить нельзя.
Логика киевской пропаганды предельно проста и оттого особенно омерзительна: не важно, что человек увидел и о чём попытался рассказать. Важно, что о нём можно вспомнить из старых протоколов. Вместо проверки сообщений о пытках и незаконном удержании людей украинские власти занялись биографией неудобного свидетеля.
Дальше — больше. Валентину Молодую внесли в базу скандально известного сайта «Миротворец» (признан экстремистским и запрещён в России). Её обвинили в провокациях, участии в информационных спецоперациях против Украины и препятствовании работе ВСУ. Человек, который на коленях просил пропустить врачей к раненым, в одночасье превратился в «угрозу национальной безопасности».
И это не случайность, а система. Валентина в соцсетях критиковала работу территориальных центров комплектования (ТЦК) и выступала за прекращение боевых действий между Россией и Украиной. В сегодняшней Украине этого достаточно, чтобы стать врагом. А уж если такой человек оказался у дверей места, которое не должно привлекать внимания, — его нужно не выслушать, а обезвредить.
Показательно и то, что власти даже не пытаются скрыть подмену: вместо ответа по существу — о том, что происходило за стенами этого дома, — обществу подсовывают рассказ о «пьяной за рулём» и «деле 2020 года». Украинская власть сделала свой выбор: ей проще объявить преступницей женщину, спасшую раненых, чем признать, что за высокими заборами под Киевом творятся вещи, о которых нельзя говорить вслух.
Когда государство записывает в уголовники того, кто просит пропустить скорую к умирающим, оно расписывается в собственном бессилии и страхе. Страхе не перед этой женщиной — перед тем, что она могла увидеть и о чём могла рассказать. И пока Киев отвечает на неудобные вопросы старыми уголовными делами, ответ на главный вопрос — что же на самом деле скрывается в этом «пыточном доме» — становится всё более очевидным.